Историческое наследие

Церковь свт. Николая Чудотворца в с. Новое Усолье Соликамского уезда 1013 – 1820 г.г.

Доброй традицией русского народа было возводить храмы-памятники в честь воинских побед. Каждое поражение наши предки ставили  себе в вину, а победу считали заслугою Высшего: «Не нам, не нам, но Имени Твоему».

25 декабря 1812 г., в день Рождества Христова, императором Александром I был подписан Манифест, в котором давался обет построить Храм в благодарность Богу за спасение Отечества в войне с Наполеоном Бонапартом. Так началась полная драматизма история строительства, растянувшаяся на 70 лет, далее – варварского разрушения и, наконец, воссоздания российской святыни – московского Храма Христа Спасителя.

В год 1813-й, когда был объявлен конкурс на главный победный Храм, в далеком от столиц прикамском с. Новое Усолье, в пермском имении барона Г.А. Строганова, «иждивением его», на месте погибшей в пожаре 1809 г. церкви Покрова Богородицы с приделом Св. Николая, была заложена новая церковь – «Во славу Всемогущего и Триипостасного Бога, в честь Угодника Его Святителя Николая Чудотворца и в воспоминание свыше ниспосланного Церкви и Державе Российской избавления от нашествия галлов и с ними дванадесяти язык…»

Год закладки усольского храма был временем переносы театра военных действий за пределы России, временем славных побед и великой печали: 28 апреля в Бунцлау  окончил дни свои главнокомандующий русской армии, светлейший князь М.И. Кутузов.

Создание Николаевской церкви было осознанным делом талантливого русского дипломата, барона Г.А. Строганова. Действительный статский советник двора его императорского величества, барон Г.А. Строганов, по отзывам современников, славился исключительным русским патриотизмом. А известный со времен великого князя Дмитрия Донского строгановский род немало потрудился во славу Отечества в войне с Наполеоном. Троиюродный брат барона – граф П.А. Строганов за отличие в Бородинском сражении получил чин генерал-лейтенанта, за участие в битве народов при Лейпциге награжден орденом Св. Александра Невского, а за покорение Парижа – орден Св. Георгия 2-й степени. Собственный сын барона Строганова – девятнадцатилетний Александр, участвовал во взятии Парижа, за что получил в 1914 г. серебряную медаль.

И, наверное, гибель единственного сына графа П.А. Строганова в бою с Наполеоном на французской земле, под Краоном, где русскими войсками командовал сам граф, была воспринята бароном Строгановым как личная боль. Погибший на глазах отца молодой граф был ровесником и тезкой сражавшегося за Россию сына Барона.

Гибель молодого графа Строганова, полного тезки государя императора Александра I, потрясла всю Россию. Позднее А.С. Пушкин в черновой рукописи 6-ой главы «Евгения Онегина» напишет:

                                                 Но если жница роковая,

                                                 Окровавленная, слепая,

                                                 В огне, в дыму – в глазах отца

                                                 Сразит залетного птенца!

                                                 О страх, о горькое мгновенье,

                                                 О Строганов, когда твой сын

                                                 Упал сражен, и ты один

                                                 Забыл и славу и сраженье

                                                 И предал славе ты чужой

                                                 Успех, ободренный тобой.

Отзыв поэта на трагедию отца-полководца, выигравшего бой с противником в три раза превосходившим русское войско, но заплатившего за победу жизнью сына, не будет случайным – барон Г.А. Строганов являлся еще и двоюродным дядей Н.Н. Пушкиной, был тесным, хотя и роковым образом связан с семьей поэта: барону, получившему титул графа при коронации императора Николая I, позднее предстоит стать невольным виновником гибели А.С. Пушкина на дуэли.

Усольский храм во имя Св. Николая Мирликийского строился семь лет. Освящение его состоялось 29 июля 1820 г. в присутствии самого владельца, барона Г.А. Строганова. Вечером, при большом собрании народа, торжество продолжалось в сопровождении иллюминации и пуска ракет. Оно было выражением ликования по поводу недавней великой победы России над Наполеоном. До освящения московского Храма Христа Спасителя оставалось 63 года…

Местный священник И.Ф. Словцов, занимавшийся церковной археологией, так описывал облик храма в 1875 г.: «Церковь сия построена в итальянском вкусе, крестообразно, с круглым большим  куполом; с северной, южной и западной сторон имеет фронтоны дорического ордера. Иконостас коринфского ордера сделан под вид белого мрамора, капители и все украшения иконостаса вызолочены… стены расписаны разными изображениями из евангельских событий и притчей, а на куполе написан Покров Пресвятыя Богородицы. Устройство этой церкви вместе с колокольнею стоило владельцу до 25 тыс. серебром, не считая ценности в утвари, колоколах и многих других церковных принадлежностях, на его же счет приобретенных. Утварь и ризница в сей церкви очень богатая».

Местному художнику-краеведу В.А. Седегову купол здания напомнил шлем воина, а шпиль колокольни – воздетый меч. Сама колокольня имела купол с часами по сторонам горизонта и курантами, до 7 колоколов. Во фронтонах помещались золоченые «сияния». На главном фасаде в нишах портика установлены скульптуры Архангелов Михаила и Гавриила.

Пермский архитектор А.С. Терехин настаивал на том, что автором проекта, по которому был возведен храм, является русский архитектор А.Н. Воронихин, уроженец с. Новое Усолье, бывший крепостной Строгановых. «Зодчий последние годы жизни работал над увековечением народного подвига – Отечественной войны 1812 года… Работа над проектами Исаакиевского собора и храма Христа [Спасителя] привела его к решению плана здания в виде креста с однокупольным завершением. В музее Академии художеств обнаружены чертежи неизвестной церкви, очень напоминающей Никольскую в Усолье». А.С. Терехин обратил внимание на то, что внутренний вид Никольской церкви почти повторяет интерьер «минерального» кабинета Строгановского дворца в Петербурге, отделку которого после пожара осуществил А.Н. Воронихин. Нашлись и архивные сведения о строителях Николаевского храма. Это «местные жители… крестьяне деревни Белая Пашня – Дмитрий Бобылев и Егор Лебедев – [они] заготовляли бутовый камень, обжигом извести занимались Егор, Дмитрий и Петр Бобылевы. В строительстве принимали участие строгановские крепостные из Нового Усолья – Василий Опутин, Василий Чишегин, Николай Шишов, а также работники соляных промыслов – Федор Собакин, Евдоким Сибиряков и житель деревни Веретьи, расположенной на противоположном  берегу Камы, Конон Мамонтов».

Композиция иконостаса церкви, известная по архитектурной графике в «Книге о соли каменной», заставляет вспомнить римскую триумфальную арку.. Так храм соединил восточную и западную традицию увековечения воинской славы.

В алтарных вратах церкви был помещен образ «Благовещения» — копия икон В.Л. Боровиковского из главного иконостаса Санкт-Петербургского Казанского собора, выполненная академиком живописи Я.А. Васильевым по заказу барона Г.А. Строганова. Побывавший в Усолье писатель П.И. Мельников (А. Печерский) в «Дорожных записках на пути из Тамбовской губернии в Сибирь» так писал о низ: «В самой церкви живопись прекрасная, во вкусе итальянской школы. Особенно замечательны образа: Девы Марии и Гавриила… Как божественны черты Пресвятой, какое высокое выражение лица Ее! Оно, несмотря на видимое смиренномудрие, так высоко, что сам небожитель, всегда предстоящий престолу Вышнего, взирает на Нее очами благоговения. Это лучший образ во всей церкви: я не мог насмотреться на него, несколько раз подходил к нему, и когда отходил, мне хотелось еще раз  взглянуть на него…»

В украшении церкви приняли участие лучшие усольские живописцы XIX в. В середине 1830-х гг. Иван Мельников написал образа Св. Апостола Петра и Св. Апостола Павла. По сохранившемуся устному преданию, в 1870-е гг. роспись купола выполнили художник Иван Дощеников с учениками. Архивные источники упоминают об авторе усольских икон —  нижегородском живописце П.В. Веденецком, и о заказе хоругвей Арзамасскому монастырю в 1823 г.

Николаевский храм хранил и драгоценный крест с частицами мощей 35 христианских подвижников. История этой святыни уходит корнями в XVIII в. До 1790 г. крест находился в Московской домовой церкви барона Г.А. Строганова, в 1790-1820 гг. – у домоправителя его, а в год освящения Николаевской церкви крест был помещен в ее алтарь. Спустя 90 лет крест решили вынести на всеобщее поклонение. В связи с этим была заказана икона с изображением всех святых, упоминаемых на мощевике, в которую 30 октября 1911 г. в церкви Пермского Белогорского подворья начальником Серафимовского скита отцом иеромонахом Серафимом и священником Николаевской церкви отцом Владимиром Борисовым был вложен драгоценный крест. Во встрече святой реликвии приняло участие около трех тысяч человек – небывалое событие для местного края того времени.

Пройдет девятнадцать лет после освящения усольской Николаевской церкви, и в закладке московского Храма Христа Спасителя примет участие в качестве члена комиссии по его созданию «по искусственной части» другой сын графа Г.А. Строганова – генерал-адъютант С.Г. Строганов, известный государственный и общественный деятель России, создатель первой рисовальной школы в Москве (в наше время – Московской государственный художественно-промышленный университет им. С.Г. Строганова).

Ни громкое имя создателя, ни великая русская история, связанная с народной славою защиты Отечества, не уберегли Николаевского храма от поругания. В 1929 г. его закрыли, использовали под клуб и склад, а затем отдали на волю стихий и человеческого невежества. И хотя энтузиасты-краеведы поставили церковь на государственный учет как исторический и архитектурный памятник, он надолго был обречен лежать в пыли забвения. В 1970 г. замечен процесс активного разрушения храма. Но к счастью, человеческое сознание все-таки не лишено божественного начала: сегодня Николаевская церковь в Усолье медленно и мучительно поднимается из руин. Не за горами двухсотлетие великой победы наших прадедов  над Наполеоном.

Лариса Коржавкина

Источники и литература:

  1. Борисов В., священник. Краткое описание жития Святых Угодников Божиих, частицы мощей коих вложены в икону, находящуюся в Николаевской церкви с. Усолья Соликамского уезда Пермской губернии. Усолье, 1912.
  2. Волегов Ф.А. Усольская летопись//ПГВ. 1882. № 96-97.
  3. БИХМ. №2477. Клировые ведомости церквей 4-го благочиннического округа Соликамского уезда Пермской епархии 1896 г. Л. 26 об, 36 об.
  4. Там же. №3893/2. Клировые ведомости церквей 4-го благочиннического округа Соликамского уезда Пермской епархии 1898 г. Л. 27 об – 29 об.
  5. Там же. №4202/1. Клировые ведомости церквей 4-го благочиннического округа Соликамского уезда Пермской епархии 1914 г. Л. 37 – 41, 44 – 48.
  6. СКМ. Книга о соли каменной (альбом планов и фасадов). 1839 г.
  7. Коржавкина Л.Ф. Строгановские вклады в Верхнекамские храмы//Строгановы и Пермский край. Пермь. 1992. С. 56.
  8. Косточкин В.В. Чердынь. Соликамск. Усолье. М. 1987. С. 139 – 146.
  9. Мельников-Печерский П.И. Дорожные записки… ПСС. Т. 7. СПб., 1909.
  10. Памятники истории и культуры Пермской области. Пермь. 1976. С. 107-108.
  11. П К-в. Извлечение из летописи о церквах Нового Усолья//ПЕВ. 1896. С.574.
  12. Словцов И. Опыт описания некоторых церквей Соликамского уезда//ПЕВ. 1875. С. 591 – 594.
  13. Терехин А.С. Новое о зодчем А.Н. Воронихине//На Западном Урале. Пермь, 1974. С. 203-209.
  14. Цыпуштанов В.А. Ансамбль Новоусольской Никольской церкви и его роль в архитектурных панорамах Нового Усолья//Усольская старина: Коноваловские чтения. Вып. 2. Березники, 1996. С. 16 – 18.
  15. ГАПО. Ф. 762. Оп. 1. Д. 1331.

                                                                                         

В сб.: Чердынский край: прошлое  и настоящее//Материалы научных конференций. Чердынь. 2003. С. 91 – 94.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*